Без театра не могла прожить и дня

Томик Омара Хайяма в темно-синей бархатной обложке, маленький флакончик духов, изящные бусы, небрежно наброшенные на компьютер. Душистый мандарин, стопка архивных фотографий, пара прелестных сувениров-безделушек… Рабочий стол Эльзы Ивановой всегда был средоточием порядка и хорошего настроения, которым она заряжала весь Чувашский театр оперы и балета, ставший её домом на долгие десять лет. Десять лет программок, пресс-конференций, афиш и трудного, порой непосильного труда. Наверное, многие даже не подозревают о том, чего стоит работа литературно-драматургической части, и сколько бессонных ночей скрыто за глянцевыми страницами буклетов, текстами рецензий и строками вступительных слов. Она ушла из жизни 28 ноября, под блеск и аплодисменты XXIV Международного оперного фестиваля им. М. Д. Михайлова. Кажется, в воздухе до сих пор витает аромат ее любимого кофе.
Несмотря на невероятную скромность, Эльза Ильинична всегда лучилась аристократизмом, впитанным ею ещё в студенчестве. И дело не только в польских корнях, которыми она очень гордилась, библиотечном факультете Московского института культуры, но и в неповторимой атмосфере тогдашней столицы. Здесь действительно собирались все: дипломаты, художники, актеры, поэты… Например, она нередко рассказывала о своей дружбе с писателем Василием Шукшиным. Национальные темы всегда вызывали у него особое любопытство, так что он сразу заинтересовался симпатичной и кокетливой девчушкой из Чувашии. Или об учебе у легендарной телеведущей Валентины Леонтьевой, той знаменитой «тети Вали», какой ее знали все советские ребята. Или о частых походах в «Большой» и «Ленком», а также бесчисленных знакомствах с культурными деятелями нашей республики. Правда, это уже на рабочем «посту» в отделе искусств Национальной библиотеки Чувашии.
Однако обрести себя ей удалось именно «у руля» литературно-драматургической части Театра оперы и балета, без которого она не могла прожить ни дня. И даже в дождливое воскресное утро, когда наступал долгожданный выходной, она спешила сюда. Это было взаимно, ведь к ней тоже шли: артисты за поддержкой и советом, будто она и есть та самая Мельпомена, художники почаевничать и угостить осенними грушами, режиссеры выслушать мнение об очередном новогоднем сценарии, гримеры посудачить о последних новостях, пожарники обсудить вчерашнюю премьеру, местные коты за молоком. Своими маленькими, теплыми руками она могла обнять целую вселенную и ничего не брала взамен. Сама же как-нибудь, между прочим. К счастью, большая семья с супругом, детьми, внуками и двумя кошками ее понимала.
Наверное, иначе было нельзя, ведь театр требовал много и жестко. Помнится, однажды перед открытием фестиваля вдруг спохватились, что забыли подготовить благодарности приглашенным участникам. Эльза Ильинична впопыхах набирала текст, в панике договаривалась с дизайнером и типографией, а пока все наслаждались спектаклем, носилась по театру в поисках печати. Еще ей постоянно приходилось быть в нескольких местах одновременно: встречать телевидение, водить журналистов по гримеркам солистов и уточнять состав исполнителей назавтра. И даже после фестивальных «горячек» – ни капли передышки. Проекты, отчеты, характеристики и репертуары не заставляли себя ждать… В последние месяцы она твердила лишь о том, как смертельно устала. Но иначе уйти из театра она не могла. Только под аплодисменты.
Мария Митина
«Советская Чувашия», № 218
17 декабря 2014 года

Вам понравилась статья? Поделиться!

0 comments on “Без театра не могла прожить и дня

Leave Comment